Выпуск доступен на площадках: Яндекс, Apple, CastBox, ВК Подкасты.

Беседовали:

Юрьев-Польский — один из древних русских городов, основанный еще Юрием Долгоруким. Город входит в маршрут Золотого кольца, но туризм — это не главная отрасль местной экономики. Здесь преобладает агросектор и все, что связано с сельским хозяйством: молочное производство, животноводство, растениеводство. Небольшому городу с населением около 15 тысяч человек приходится решать проблемы оттока молодежи, нехватки рабочих рук, выхода на крупные рынки сбыта. Но любовь местных предпринимателей к родному краю побеждает. История одного из таких предприятий — в нашем подкасте.

История компании

Владелец «Меда Ополья» Александр Самодуров встречает Егора Калину в дегустационном зале, а затем проводит в производственные помещения — на линию откачки меда.

Первый вопрос Егора — о начале медового бизнеса:

— Александр, расскажите, с чего все началось. Когда вы поняли, что ваше призвание — быть пчеловодом?

— Не знаю точно, но почему-то было непреодолимое желание держать пчел. Первый улей я завел, когда вернулся с военной службы, в 21 год. Первое время пчел боялся жутко. Но все равно хотелось их держать, хотелось что-то доказать себе. Переломил в себе страх к пчелам и стал держать — сначала три семьи, потом пять, десять, сто тридцать. Это был мой дополнительный заработок, я работал на молочном производстве. А потом нас сократили. Тогда пришла мысль, что стоит начать укрупняться, увеличивать свою пасеку и зарабатывать медом.

Сейчас в хозяйстве Александра до 500 пчелиных семей (ульев). С одного улья пчеловод получает 100 килограмм меда (в 1 литре около 1,5 килограмма). Одно время ульев было больше 500, но начались проблемы со сбытом. При таких объемах нужно переходить на оптовые продажи, а это означает снижение цены. Меньшие объемы производства позволяют продавать мед в розницу.

Беспокойное хозяйство

Разговор Егора Калины и Александра Самодурова продолжается на пасеке, где хозяин и его сын показывают гостю, как происходит работа с пчелами.

У владельца 5 пасек, на каждой в среднем по 60 пчелиных семей, в каждой по 30–35 тысяч пчел. Каждый улей стоит по 5–7 тысяч рублей, а пчелосемья — порядка 7–8 тысяч. Как рассказывает Александр, если собирать в год по 50 килограмм с улья, то затраты окупятся с лихвой.

Богатый урожай меда обеспечивают местные плодородные почвы. Ополье — это плодородные земли, на которых обильно растет трава, цветут луговые травы, с которых пчелы приносят максимум меда.

Само производство меда — более затратная часть бизнеса. Автоматическая линия по закачке меда, по словам Александра, еще несколько лет назад ему стоила около 5 миллионов рублей. Оборудование импортное, польское. Но в России уже научились делать аналоги. Первая любительская медогонка, с которой начинал бизнес Самодуров, стоит порядка 100 тысяч рублей.

В компании работает вся семья Самодуровых: жена Александра, его сын, невестка. В сезон нанимают в помощь студентов или пенсионеров.

— Что главное можно выделить в этом процессе пчеловодства? В чем секрет успеха? Как сделать 50 килограмм с улья?

— Нужно постоянно учиться. Это непрекращающийся процесс. Сейчас уже не по книжкам, а через интернет, через общение с пчеловодами. Мы посещаем различные мероприятия, слеты пчеловодов.

— Александр, расскажите, из чего состоит бизнес-процесс?

— Весной происходит «выставка» пчел: мы из вагончиков их выставляем, смотрим, где есть корма, кому хватает, кому не хватает, как помочь пчелкам (они еще слабенькие в это время). Потом они начинают развиваться, нужно добавлять им рамок в гнездо, чтобы они росли. Ближе к маю месяцу начинают цвести сады, одуванчики, ивняк. Мы начинаем работать на майский мед. Потом идет вывод маток, замена маток в семьях. Это создание отводков, продажа молодых семей. Потом идет борьба с роением. Затем начинается погода, когда идет основной мед: зацветает липа и донник. Липа может давать до 10 килограмм в день. Если недоглядел и у тебя все заполнено, пчелам некуда будет носить мед. Тогда мы теряем мед, а пчелам становится тесно, они начинают роиться. Это постоянный процесс: ездим по пасекам, следим. В июле месяце начинаем качать мед — и до самого сентября.

— Давайте поговорим про документацию и сертификацию. Из чего она состоит, какие процедуры необходимы для пчеловода, чтобы он был в легальном поле?

— У каждого пчеловода должен быть ветеринарно-санитарный паспорт пасеки. Весной мы берем образцы подмора — это те пчелы, которые погибли за зиму. И сдаем в нашу ветеринарную станцию, где их смотрят на наличие болезней, выдают справку, что у нас все нормально по заболеваниям. Как только начинается первая откачка меда, мы образцы продукции сдаем в ветлабораторию, где их проверяют по разным параметрам. Дается заключение, что мед натуральный, не имеет никаких примесей, и справка, по которой мы можем торговать нашей продукцией. И так с каждой партией меда.

— Пчелы часто гибнут от химикатов, которыми обрабатывают поля. Сталкивались ли вы с этой проблемой?

— Да, лет пять назад у нас 40 пчелиных семей погибли. Но в целом мы с аграриями дружим. Например, я договариваюсь с агрономом местного колхоза. У них есть поля под парами, которые должны отдыхать. Мы покупаем семена медоносов, они с удовольствием там их сеют. Мы собираем урожай меда с этих полей и вдобавок еще продаем этим же аграриям.

Рынки сбыта

— Какие вы используете каналы продаж и какие из них самые эффективные?

— Самый эффективный канал — это продажа через свой розничный магазин. Когда люди приезжают к нам в магазин, они видят, что мы выгружаем эти корпуса с медом. Спрашивают: можно посмотреть? Можно. Когда идет массовая откачка меда, здесь такой запах! Люди с удовольствием приходят, смотрят, как мы качаем этот мед. Появляется доверие к тому, что мы производим. Иногда люди даже не дожидаются, что мы разольем это в красивые баночки, просят продать сразу из-под медогонки.

— У вас есть собственный бренд, торговая марка, и она очень неплохо идет в ваших магазинах. Может быть, в локальных торговых сетях вам попробовать выставлять свою продукцию?

— Такие предложения поступали, но мы не можем контролировать свою продукцию в этих сетях. К сожалению, мед — такой продукт, который может на свету, в тепле быстро потерять свой товарный вид. Может расслоиться, может засахариться. В своем магазине мы имеем возможность отслеживать, чтобы мед выглядел хорошо.

— Наш, российский мед пользуется высоким спросом за рубежом. Как обстоят дела с экспортом?

— У нас были предложения по поставкам меда в Казахстан, в Китай. Но нужно иметь хороший объем, чтобы поставлять. Мы пока что такими объемами не располагаем. Но коллеги с Алтая рассказывали, что у них практически весь высококачественный мед идет на экспорт в Китай и там находит своего потребителя.

Вопросы предпринимателей

Как распознать некачественный мед

— Один из самых первых вопросов от потенциальных покупателей: как отличить настоящий мед от подделки?

— Несмотря на такую жесткую конкуренцию на рынке меда, подделки все-таки встречаются. И потребители часто с ними сталкиваются, особенно на так называемых ярмарках, которые проходят в торговых центрах. Самое безобидное, что могут сделать те, кто подделывает, — из меда дешевого сорта, например из подсолнечника, путем добавления ароматизаторов сделать какой-то брендовый мед, например липовый. Или простой взбитый мед выдают за мед с маточным молочком. На вкус и запах определить качество меда очень сложно, так как в подделках используются ароматизаторы. Я обычно советую людям брать мед у знакомых пчеловодов — тех, кому доверяете.

Присылайте свои вопросы на почту podcast@sberbank.ru или в телеграм-бот @SberPodcastBot.

Лучше, если это будут голосовые сообщения: так вы сможете услышать свой голос в подкасте.